Путин, Обама, Нетаньяху — фигуры речи

12305949_551120118374765_203237773_n
Хорошая речь – это не только прекрасные мысли, но и сильная форма.

Чтобы показать, как работают риторические техники, которым я обучаю, я провел небольшое исследование, сравнивая речи Путина, Обамы и Нетаньяху на последней 70-й Генассамблее ООН.

Сначала я задумал провести чисто количественное сравнение – сколько раз в каждой речи встречаются:

  • виды контрастов;
  • трехчленные списки (триады);
  • метафоры (сюда я отношу и сравнения);
  • риторические вопросы;
  • интрига (мы обозначаем так неинформативные фразы, единственное предназначение которых – вызвать интерес у слушателей, например, «открою вам один секрет»).

Моя изначальная гипотеза – чем больше техник, тем убедительнее речь. Правда, после просмотра выступлений и штудирования транскриптов я понял, что не все так просто. Я покажу статистику и предварительные выводы в следующем посте.

Пока хочу поделиться таким наблюдением (эта фраза, кстати, как раз пример «интриги»).

Как и откуда берется личный риторический стиль политика? Дело ли в национальной психологии, предпочтениях спичрайтера или личности самого лидера, сказать точно не могу. Скорее всего, комбинация всех этих факторов. Но у каждого из трех моих подопытных обнаруживается любимая фигура – она или чаще всего применяется, или как бы «несет» на себе всю речь.

Для Путина это традиционно риторический вопрос. От робкого «Ну кому это понравится? Кому это понравится?» в мюнхенской речи 2007 года, от которой можно отсчитывать всю теперешнюю внешнюю политику, и заканчивая нагловатым и растиражированным «Вы хоть понимаете теперь, чего натворили?» в сентябре этого года в Нью-Йорке.

Обама питает неожиданную слабость к аллитерации (не входившей в мой начальный список приемов). Для не-литературоведов, аллитерация это повторение слов с похожим звучанием или даже рифмующихся друг с другом. Например, alliances with old adversaries (союзы со старыми врагами), conflict over cooperation (конфликт, а не сотрудничество) и его сказанное в начале и повторенное в конце речи might makes right (по-русски примерно как «сила есть, ума не надо»). Для ценителей fine English – в заключении Обама говорит: «History is littered with the failure of false prophets and fallen empires». Четыре слова подряд содержат звук «ф», как будто оратор фыркает или плюется. 

Про молчание Нетаньяху я уже писал в прошлом посте – он вообще мастер неожиданных ходов. Но оказывается, из всех приемов Биби больше всего любит интригу. Он использует этот прием аж 16 раз, т.е. почти раз в две с половиной минуты за все время выступления (Путин, для сравнения, всего лишь 2 раза) : «Есть такое универсальное правило, которое я – и вы, наверняка, тоже, – усвоил на собственном опыте…», «У меня есть свежая идея для ООН…», «Председатель Аббас, вот с чего вы могли бы начать…». И поскольку, кроме России и США, мне довелось пожить еще и в Израиле, здесь для меня очевидно влияние национальной ментальности. Типичная для израильтян манера вести разговор. Ты услышишь это в офисе, на рынке, от домочадцев. Это же оно, одесское: «Ну-ка подойди, сейчас я объясню тебе кое- что».

Григорий Огибин

Эксперт Vera Via

go-beard

Иллюстрация: Three Studies for Figures at the Base of a Crucifixion by Francis Bacon

Подружитесь с нами в соцсетях

Фёдор Рагин

Анастасия Сербинова
Яндекс.Метрика